Блестящий призрак, дщерь химеры,
Честолюбивых душ кумир!
С какой волшебной льешь ты сферы
Свои лучи на целый мир?
Ты блеском солнце помрачаешь,
Пречудные дела рождаешь
Волшебным прутом ты своим;
Коснешься ль твердой скал вершины –
Мгновенно злачные долины
На место скал гранитных зрим.

О, сколько все стези те странны,
Чрез кои мнят достичь тебя!
Герои, мудрецы, тираны,
Прославить все хотят себя.
Один – в победах над врагами,
Другой – рассудка чудесами,
Последний – тяжестью цепей.
Тот пышны храмы созидает,
Другой их в пепел превращает,
Мня славным быть чрез подвиг сей.

О Слава! изо всех тиранов
Ты самый лютый для людей!
Воззри на тьму сих истуканов
И на число их алтарей,
В различных видах их узнаешь,
Что ты в кумирах сих блистаешь
И что тебе жгут фимиам.
Разрушь, разрушь очарованье!
И в полном покажи сиянье
Стезю к тебе прямую в храм.

Что слышу? Мне богиня вняла
И на роптание мое
В трубу златую так вещала:
“Я заблужденье зрю твое,
И зрю, как скор во всем бываешь;
Несправедливо осуждаешь,
Чего не ведаешь ты сам.
Итак, познай, о бедный смертный,
Что только есть один путь верный,
Ко мне ведущий прямо в храм.

Сей путь осыпан не цветами,
Во храм не Флоры ты идешь.
Но бездны с страшными горами
Ты на пути ко мне найдешь;
И если дух твой содрогнется,
Заноет сердце и забьется
От страху сильно во груди, –
Беги сих скорой мест стопою
И с робкою своей душою
В мою ввек область не входи.
Но если, мужеством пылая,
Исполнен жара ты сего,
Пучины, горы презирая,
Себя превыше зришь всего;
Гигантскою ногой ступая,
Стремнин и гор не примечая,
По малым мнишь идти буграм, –
Тогда со звучными трубами
И с знаменитыми мужами
Сама тебя введу в мой храм.

Введу – и на престол с собою
В венце блестящем посажу, –
С какою твердою душою
Тогда я миру покажу:
Превозмогал ты все преграды,
Во благе общем зря награды,
То духом Сцеволы горел,
Как Курций, бездны презирая,
Для пользы общей погибая,
Быть равным сим мужам хотел”.

“Хотел!” – восторгом упоенный,
Уже готов я был вещать –
“Постой, постой, о дерзновенный!
Богиня, дав мне знак молчать.
Сим речь свою окончевает:
Что славу всяк в нем разделяет
Ценою настоящих дел.
Служа Отечеству трудами,
Творя добро пред всех очами,
Чтоб всяк пример в добре том зрел.

Пример сильнее наставлений, –
Мы все хвалу добру гласим,
Громады видим поучений,
Где ж исполнители? – не зрим.
Почто не зрим Сократов ныне?
Иль, вспоминая о судьбине
Печальной мудреца сего,
Никто на сцену не вступает,
Всяк на другого уповает,
Что сей свершит все за него?

Не дщерь химеры, предрассудка,
И не метеор я пустой,
Я ложного по свету звука
Не разношу моей трубой.
Ужели я тому виною,
Что славу ложную с прямою
Мешает человек всегда!
Тот только в храм ко мне вступает,
Кто добродетелью сияет,
А без ее – нет в храм следа”.

Сказала – и в одно мгновенье
Исчезла с блеском от меня!
Исчезло с ней и заблужденье,
Познав всю цену слов ея.
О Слава! если то неложно,
Что добродетелью лишь можно
В божественный твой храм вступить, –
Когда ты лиц не различаешь,
Дела едины уважаешь,
То как злодеи могут быть?

Стихотворение Слава